+7(499)-938-42-58 Москва
+7(800)-333-37-98 Горячая линия

Бизнес из пробирки

Как готовят мясо из пробирки

Бизнес из пробирки

Выращенное в лабораториях мясо начнут подавать в ресторанах Калифорнии уже в этом году.

К 2020-му оно станет дешевле обычного, и на него начнут переключаться крупные сети фастфуда, а дальше дело дойдет до супермаркетов.

Об этом заявила компания JUST, один из передовых разработчиков «мяса из пробирки». На это же рассчитывают Билл Гейтс, Сергей Брин, Ричард Брэнсон и многие другие инвесторы в технологию.

Аппетитно?

В 2008-м производство в лаборатории куска говядины весом 250 грамм обходилось в $1 млн. В 2013-м бургер, выращенный в Лондоне ради эксперимента, стоил $325 тысяч. Сейчас его цена упала до $11.

В ближайшие несколько лет искусственное мясо гарантированно станет дешевле натурального. Зачем нам это надо, как ученые выращивают «Мясо 2.

0», какой у него вкус и почему эта технология изменит наш мир.

Что не так с нынешним мясом?

Свинина, говядина, курятина. Вкусные и естественные продукты, к которым мы привыкли. Но, к сожалению, долго так продолжаться не может.

Первая, главная причина – глобальное потепление. Одна корова за год «выпускает» от 70 до 120 кг метана. Метан – один из парниковых газов, как и углекислый газ (CO2). Но его негативное влияние на климат в 23 раза сильнее. То есть, 100 кг метана от коровы – эквивалент 2300 кг диоксида углерода.

Это примерно 1000 литров бензина. С машиной, потребляющей 8 литров на 100 км, можно каждый год проезжать 12 500 км, и только тогда вы сравняетесь во влиянии на климат с одной коровой, спокойно жевавшей травку на ферме. Ко всему прочему, коров и быков в мире намного больше, чем автомобилей.

По последним оценкам, 1,5 млрд против 1,2 млрд.

Конечно, суммарно транспорт в мире способствует глобальному потеплению больше, чем мирные телушки. Один контейнеровоз или круизный лайнер «парит» как 80-150 тысяч машин. Но влияние скота нельзя недооценивать. На каждый 1 кг говядины в магазине – в атмосферу выбрасывается эквивалент 35 кг углекислого газа.

Килограмм свинины – 6,35 кг CO2, килограмм курятины – 4,57 кг CO2. Сейчас оценивают, что 18% выбросов, влияющих на глобальное потепление, идут именно от домашних животных. Сколько бы заводов ни переходило на солнечную энергетику, сколько бы электромобилей ни выпускал Илон Маск, этот фактор с нами остается.

Проблема еще и в том, что человечество продолжает расти. По оценкам ученых, к 2050-му году нас будет 9,6 млрд. Урбанизация и рост среднего класса приведут к дополнительному повышению спроса на мясо. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, миру придется вырабатывать на 70% больше еды. И говорят, что с текущими технологиями это попросту невозможно.

Сколько мяса (и яиц) потреблялось в 2005-м, и сколько будет потребляться в 2050-м

Одним из тех, кто придерживается такого мнения, является Билл Гейтс. По его словам, если нас будет больше 9 млрд, накормить всех людей натуральным мясом попросту не получится.

За последние несколько лет он инвестировал в дюжину стартапов, выращивающих мясо в лабораториях. Его примеру последовали Ричард Брэнсон и миллиардеры из Гонконга, Китая и Индии.

В своем личном блоге в заметке о будущем продуктов питания в 2013-м Гейтс написал:

Выращивание животных на мясо требует много земли и воды, и серьезно вредит нашей планете. Если сказать прямо, у нас нет возможности прокормить больше девяти миллиардов людей. И в то же время мы не можем попросить каждого стать вегетарианцем. Поэтому мы должны найти варианты производства мяса без истощения наших ресурсов.

Вторая причина (её частично коснулся Билл Гейтс) – фермы и пастбища для животных занимают очень много места на планете. Очень много.

Под содержание скота сейчас отведено 30% всей сухой поверхности Земли. Часто это пастбища на месте бывших лесов. Около 70% бывших лесов Амазонки теперь вырублены под выпас животных.

А на 33% всех пахотных земель выращивается корм для скота. Места для людей и природы остается всё меньше.

Третья причина – это еще и невыгодно. Производство мяса – дико неэффективный процесс. Чтобы сделать 1 кг говядины, надо потратить больше 38 кг корма и почти 4 тысячи литров воды (учитывая поливы кукурузы и сои).

На коров уходит в 20 раз больше пищи, чем требуется для устранения проблемы голода на планете.

А если нас станет 9,6 млрд, для производства мяса не хватит воды (есть, конечно, вариант с опреснением, но это дополнительные затраты и другие проблемы).

Выращенное в лаборатории мясо уже сейчас требует в 100 раз меньше земли и в 5,5 раз меньше воды, чем натуральное мясо, при том, что технология еще не отшлифована.

По последним оценкам ученых из Оксфорда, если мы сможем на него перейти, это на 78-96% уменьшит «выхлопы» парниковых газов от скота, снизит потребление энергии на 7-45% и сохранит 82%-96% пресной воды (такие сильные разбросы связаны с разными типами мяса).

Четвертая причина перейти на «мясо из пробирки» – понятно, уменьшение числа убийств и страданий животных. Кому-то этот фактор кажется бессмысленным, а для кого-то он является важнейшим.

Организация по защите прав животных (PETA) вкладывает свои деньги в технологию выращивания наггетсов и бифштексов.

В 2014-м она предложила $1 млн награды первому ученому, который выпустит на рынок выращенное в лаборатории куриное мясо:

Мы верим, что это первый важный шаг в создании экологически чистого, гуманно произведенного настоящего мяса в руки и рты тех людей, которые настаивают на поедании плоти животных.

Как делают мясо в пробирке

На самом деле, конечно, культивированное или «чистое» мясо (как его сейчас пытаются брендировать на Западе) выращивают не в пробирке, а в чашке Петри или специальном контейнере. Есть десятки компаний со своими подходами, но в целом процесс делится на три этапа:

1. Сначала собирают клетки, склонные к быстрому размножению. Это могут быть эмбриональные стволовые клетки, взрослые стволовые клетки, миосателлитные клетки или миобласты. На этом этапе ученым нужно животное (или идеально сохраненные клетки, но до этого еще не дошли).

2. Клетки обрабатывают, добавляя протеины, способствующие росту тканей. Потом их помещают в культуральную среду, в биореактор. Он выполняет роль кровеносных сосудов, снабжая клетки всем необходимым, и давая им условия для роста.

Главный питательный элемент клеток – плазма крови животного (чаще всего – эмбриона). В неё добавляют смесь сахаров, аминокислот, витаминов и минералов. Чтобы мышечная ткань правильно развивалась, её выращивают под давлением, симулируя натуральные условия. Также в биореактор подаются тепло и кислород.

По существу, клетки даже не подозревают, что они растут вне животного.

3. Чтобы сделать мясо трехмерным, а не плоским, лаборатории используют своеобразные «строительные леса».

В идеале они тоже должны быть съедобными, и периодически двигаться, растягивая развивающуюся мышечную ткань, имитируя движения реального тела.

Пока что на этом этапе не концентрируются, но все согласны, что без него создание сколько-нибудь правдоподобного мяса невозможно. Ни консистенция, ни текстура у массы, спокойно развивавшейся в чашке Петри, современного едока не обманут.

Полностью освободить животных от работы, как видим, пока не получается. И на первом, и на втором этапе пока что нужны элементы от реального тела. Но теоретически скоро можно будет обойтись без него.

Стволовые клетки – клонировать или выращивать отдельно, а плазме крови – найти заменитель.

Ученые говорят, что в идеальных условиях за два месяца выращивания культивированного мяса можно из 10 клеток свиньи получить 50 000 тонн продукта.

А вот те, кто называют это мясо «чистым» – слегка лукавят. Для его выращивания нужны консерванты, вроде бензоата натрия, чтобы защитить мясо от грибка. Также на разных стадиях используется коллагеновый порошок, ксантан, маннит и так далее. Если вы беспокоитесь, что «животных на фермах пичкают антибиотиками и всякой химией», с пришествием мяса из лабораторий ваши страхи усилятся.

Впрочем, по словам компаний-разработчиков, у культивированного мяса есть одно преимущество перед натуральным продуктом. Оно может оказаться полезным для талии. С некоторыми мясными продуктами, вроде бифштексов, важной частью текстуры и вкуса является жир.

Фирмы, «выращивающие» мышечные клетки, могут контролировать, какой тип жира будет расти вместе с их мясом. Они могут давать развиваться только полезным жирам, вроде ненасыщенных жирных кислот омега-3, улучшающих работу сердца и ускоряющих обмен веществ.

Первая цель – фуа-гра

Есть одна еда, со стоимостью которой легко соревноваться. Печень перекормленного гуся или утки, один из самых дорогих видов мяса. По $50 за фунт, больше $110 за кг! С такой ценой «пробирочный» продукт уже сейчас кажется выгодной альтернативой. Выращивать гусиную или утиную печень в лаборатории ничуть не сложнее, чем куриные наггетсы, а прибыль гораздо больше.

Эксперименты с фуа-гра сейчас проводит компания JUST (бывшая Hampton Creek). Цель – начать её поставки в американские рестораны уже в этом году. У компании есть опыт запуска успешных продуктов на рынок. В ее портфолио – майонез без яиц и шоколадные чипсы, популярные у веганов.

Борцы за права животных давно выступают против методов, которыми делается фуа-гра. Гусям и уткам на фермах насильно запихивают трубку с пищей в горло и кормят до тех пор, пока те не могут ходить. У них нарушается процесс обмена веществ, а печень, пытаясь всё это обработать, раздувается в 10 раз больше своих нормальных размеров.

Кормежка на ферме, делающей фуа-гра

В сети полно видео от активистов, прорвавшихся на американские фермы и тайно снявших состояние находящихся там животных. Особого шума наделали кадры крысы, съедающей живого гуся сзади, потому что он не способен себя защитить (детали расписывать не хочется, желающие углубиться в тему могут до сих пор найти видео на ютубе).

После разгоревшегося скандала Калифорния запретила производство и продажу фуа-гра на своей территории. Для тамошних любителей деликатеса лабораторная фуа-гра станет шансом легально купить продукт, не пересекая границы штата. А сторонники гуманного обращения с животными смогут спать спокойно.

Команде JUST нужен только один гусь-донор, и крыс к нему точно не подпускают.

Есть только одна, ма-аленькая проблемка. Гурманов, согласных отдать любые деньги за свою фуа-гра, почти невозможно переубедить. Они тонко различают вкус (или, по крайней мере, так думают), и не хотят компромиссов.

Им проще пойти на черный рынок или потратить полдня, съездив за своей любимой печенью. А то, что лабораторное мясо экономит им пару сотен долларов, вообще не фактор. JUST, MosaMeat и другие лаборатории говорят, что на этих клиентов они, по правде, почти не рассчитывают.

Им важнее, чтобы каждый новый покупатель, решивший попробовать фуа-гра, сначала шел покупать их продукт.

Фуа-гра из лаборатории

О вкусе

сложность в том, что продукт из лабораторий должен быть точь-в-точь как то мясо, к которому мы привыкли. Об этом говорит СЕО компании MosaMeat Питер Верстейт:

Когда они пробуют продукт, у них должно быть впечатление, что это мясо. Не «это выглядит как мято» или «это похоже на мясо», это просто должно быть мясо. В этом главная сложность.

Грубо говоря, тут работает эффект «зловещей долины».

Знаете, когда в фильмах или играх проще принять что-то совершенно новое, или что-то очевидно фальшивое, чем прекрасную компьютерную графику человека, выполненную на 99%? Мы прекрасно научились отличать этот 1%, потому что мы сталкиваемся с лицами людей ежедневно. Попытка точно отразить реального человека может достичь обратного эффекта – нам будет казаться, что это какой-то страшный робот или инопланетянин, надевший человеческую кожу.

С искусственным мясом – та же история. Грубо говоря, если вкус вам полностью незнакомый, мозг говорит «О, это что-то новое».

А если вкус похож на 99%, но есть какое-то отличие, у мозга другая реакция – «Я знаю, что это, но с ним что-то не так».

Нам посылается сигнал – яд, отрава! Невкусно, хочется выплюнуть, некоторых может даже тошнить. А если от вашей еды некоторых людей тошнит, это большая проблема.

Лабораторное мясо

За последний 1% «похожести» сейчас и борются разработчики мяса из биореактора. проблема – текстура. Мясо, которое росло на кости, имеет мышцы и жир в конкретной консистенции, которую очень тяжело повторить. Поэтому до выращенного стейка еще несколько лет. А вот бургеры и наггетсы делают уже сейчас, и к их вкусу особых претензий нет

До этого еще далеко

В мае 2013 года в Лондоне сделали первый бургер из культивированного мяса. Он состоял из 20 000 тонких полосочек мышечной ткани и стоил $325 тысячи, которые поступили от анонимного мецената (потом оказалось, что это был Сергей Брин). Попробовав бургер, кулинарный эксперт Ханни Руцлер дала свою оценку:

У него очень сильный вкус, даже на месте прожарки. Я знаю, что здесь нет жира, и он не такой сочный, как мне хотелось бы, но вкус очень интенсивный, он бьет по рецепторам. Если бы мы вслепую оценивали вкус, я бы сказала, что этот продукт ближе к мясу, чем к соевой копии.

Разработки 2018 года по вкусу еще больше похожи на натуральное мясо. И цена у них намного адекватнее – от $11,36 за кг (некоторые фирмы пока выставляют ценники $1000-$2400, но их цены тоже быстро идут вниз).

Пол Шапиро, автор бестселлера «Чистое мясо: как выращивание мяса без животных произведет революцию в обеде и в мире», попробовал последние лабораторные версии говядины, курятины, рыбы, утки, фуа-гра и чоризо (испанских свиных сосисок). По его словам,

По вкусу они точно как мясо, потому что это и есть мясо.

Но не у всех пока такие прогрессивные взгляды. В исследовании 2014 года 80% американцев сказали, что не готовы есть мясо, выращенное в лаборатории.

В 2017-м только 30% заявили, что открыты к тому, чтобы включить такое мясо в свою диету, и иногда употреблять его взамен традиционному.

Среди тех, кто против всех этих «экспериментов сумасшедших ученых», за продуктом даже закрепилась кличка. Его уничижительно называют «франкен-мясом».

Похоже на настоящее?

Сторонники культивированного мяса и компании, которые его разрабатывают, считают, что время на их стороне. Пол Шапиро говорит:

Посмотрите на примеры истории. Раньше лед добывали на озере, и массивными кусками везли на продажу. Теперь мы получаем лед в комфорте нашей кухни. Мы называем это «морозилка», и не видим в этом ничего искусственного. Мороженое, йогурты, пиво, всё это изменилось благодаря технологиям. Надо принять, что так же будет и с мясом. Другого пути у нас нет.

Источник: http://5-xl.ru/kak-gotovyat-myaso-iz-probirki/

Искусственное мясо из пробирки, мясо In-Vitro

Бизнес из пробирки

  • Как делают искусственное мясо
  • История
  • Сложности

Учёные научились выращивать мясо животных, рыбы в пробирке. Причём готовый продукт будет с заданными характеристиками.

Зачем: искусственное мясо — в перспективе — дешёвое и экологически безвредное для потребления, экономит природные ресурсы и пространство, это гуманная альтернатива жестокому обращению с животными.

Производство (в замен привычного животноводства) и потребление искусственно культивируемого мяса сократит расходы воды, пахотной земли и энергии, снизит выбросы метана и других парниковых газов.

И собственно то, для чего производится еда — утоление потребности человека в пище, когда искусственное мясо станет дешёвым, оно должно стать важным шагом в решении проблемы голода и просто дефицита во многих регионах Земли.

Как делают искусственное мясо

Мясо — это мышцы. Выращивание мышц в пробирке предполагает получение стволовых клеток животных (требуется единожды), создание условий для их ускоренного роста и деления.

К клеткам необходимо поставлять кислород, прочие питательные вещества, у животных эту задачу выполняют кровеносные сосуды. В лабораторных условиях создаются биореакторы, где формируется губка-матрица, в которой растут клетки мяса, обогащаясь кислородом и выводя отходы.

Есть два вида искусственного мяса:

  • несвязанные мышечные клетки;
  • мышцы, мясо в привычной нам структуре (здесь требуется формирование волокон, что осложняет процесс, поскольку клетки должны оставаться на определённых местах, именно для этого и нужна губка в биореакторе, также мышцы для роста должны упражняться).

Технология выращивания мяса для еды развивается одновременно вместе с другими направлениями, используемыми в тканевом инжинеринге: выращиванием органов для трансплантации, созданием искусственной утробы.

История

Черчилю приписывают фразу, которую он сказал ещё в 1930 году: «Через пятьдесят лет мы не будем абсурдно выращивать целого цыпленка, чтобы есть только грудки или крылышки, а будем выращивать эти части отдельно в подходящей среде».

Первые послевоенные опыты с выращиванием мяса проводились с клетками золотых рыбок (общественности представили результаты в 2000 году).

На широкомасштабные рельсы изучение вопроса началось благодаря изучению космоса. НАСА пыталось найти решения для долгосрочного и возобновляемого источника питания для космонавтов, для длительных полётов, в 1990-х годах, а уже в 2001 году начались опыты по выращиванию индюшатины.

Исследования в этой сфере ведутся в США, Голландии, Норвегии.

В 2009 году нидерландские учёные заявили о том, что смогли вырастить свинину.

В 2013 году в Лондоне был представлен первый гамбургер, содержащий 140 грамм культивированного мяса, которое было создано группой профессора Марка Поста из Университета Маастрихта.

Гамбургер отведали диетолог Ханни Рутцер и автор исследований о будущем продуктов питания Джош Шонвальд, вердикт: мясо слишком сухое и обезжиренное.
На проект группы Поста сооснователь Google Сергей Брин пожертвовал 250 000 евро.

Некоторые учёные утверждают, что технология готова для коммерческого использования, и дело лишь за инвестициями и компанией, которая займётся внедрением.

Сложности

В Израиле группа учёных сосредоточилась на культивировании куриного мяса в пробирке. Поскольку это один из самых востребованных продуктов в мире, коммерческий потенциал видится очень интересным, тем более что усилия учёных направлены на снижении стоимости готового продукта.
  • рентабельность — мясо из пробирки — удовольствие дорогое, что впрочем характерно для начальной стадии развития технологии, далее процесс будет унифицироваться.
  • доверие — стали бы вы есть искусственное мясо сами? Конечно бы стали — это же будущее, это интересно, а вот детям предложить его пока мало кто готов. Технологии нужно время, нужна пропаганда.
  • безопасность, хотя специалисты в этой сфере убеждают, что искусственное мясо будет максимально надежным и более безопасным, чем обычные мясо. Мясо из пробирки будет абсолютно чистым. Это практически полностью исключает опасность заражения людей птичьим и свиным гриппом, бешенством, сальмонеллами. В мясе можно будет регулировать жирность.
  • как генные модификации подействуют на человека?
  • использования антибиотиков для предотвращения бактериальных инфекций.
  • фермеров, представителей сельского хозяйства беспокоит вопрос конкуренции, которую составит их продукции мясо из пробирки. Страны вложили значительные средства и усилия в развитие животноводства, проведена селекционная работа. Отказаться от этого готовы далеко не все, даже в далёкой перспективе.

Самый популярный материал месяца: до 300 тысяч без процентов до 1 года, но только на покупки — расскажу, где взять.

Источник: http://KudaVlozitDengi.adne.info/meat-in-vitro/

Как звезды выбирают детей из пробирки

Бизнес из пробирки

Sobesednik.ru выяснил, сколько знаменитости могут тратить на услуги суррогатных матерей.

48-летний певец Дмитрий Маликов и его 54-летняя жена Елена стали родителями во второй раз. Сына супругам подарила суррогатная мама. Маликовы – не единственная известная пара, которая воспользовалась услугами по вынашиванию ребенка.  

Нина Дмитрушкова из Волгограда – профессиональная суррогатная мама, если так можно выразиться. Она несколько раз рожала детей для чужих людей за деньги: у Нины несколько своих детей и были проблемы с жильем.

Сейчас Дмитрушкова выполняет роль посредника или куратора, как говорят в этой среде, помогает биологическим родителям найти сурмаму и обо всем договориться.

Сама Нина в последний раз обожглась: заказчик – московский юрист – после родов отказался забирать ребенка. Девочку она оставила себе.

Почему так происходит? В России нет специального закона о суррогатном материнстве. Хотя оно и разрешено, все его аспекты регулируются федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в РФ».

В итоге и биородители, и сурмама могут в любой момент кинуть друг друга: заказчики отказаться от ребенка и не заплатить, а родившая ребенка женщина – не отдать его и шантажировать им.

По закону матерью ребенка признается та, кто его родила, после родов она пишет отказ от новорожденного в пользу биологических родителей.

Заказать родить ребенка чужой женщине – удовольствие недешевое.

– В клиниках существуют программы «под ключ», – рассказывает Нина. – От медицинских анализов, подсадки эмбриона и родов. Они стоят от 2,5 миллионов рублей и до бесконечности. Подсадка эмбриона стоит 350–400 тысяч рублей, но она может быть одна, если все пройдет удачно, а может быть несколько подсадок, и тогда цена вопроса возрастает.

По словам Нины, совсем не факт, что работающая с клиникой сурмама сможет хорошо заработать.

От этой суммы она получит в лучшем случае половину, средний заработок составляет от 800 тысяч до миллиона рублей, плюс ежемесячные перечисления во время беременности – на еду и лекарства.

В некоторых клиниках сурмам штрафуют за любое нарушение. Одна девушка рассказывала Нине, что заработала 400 тысяч рублей. 

– Девочки не всегда знают, кто биологические родители, – говорит Нина. – Клиники соблюдают конфиденциальность, и если заказчики не хотят светиться, то этого и не будет. Там так и говорят: вы можете носить ребенка от звезды, а можете – от простого смертного.

По опыту Нины состоятельные люди, как правило, не поддерживают связь с сурмамой (имеют на это право) и о ее здоровье узнают через сотрудников клиники. 

Это богатые и знаменитые все делают через клиники: там помогут найти суррогатную маму и возьмут все хлопоты на себя. Те, у кого нет таких денег, ищут сурмаму напрямую – в интернете много соответствующих объявлений, или обращаются к таким посредникам, как Нина. Она ищет женщину и составляет между сторонами договор.

По закону суррогатная мать не может предоставлять свою яйцеклетку, то есть одновременно быть биологической матерью. Но на черном рынке закон не работает. Нина говорит, что есть девушки, которые соглашаются на инсеминацию (оплодотворение спермой), есть те, кто беременеют от заказчика натуральным способом – через постель. 

Российский рынок суррогатного материнства, и главным образом сурмамы, пользуются спросом. В ряде стран, например в Германии, это запрещено, иностранцы приезжают к нам. 

– Мне предлагали стать сурмамой на Кипре, – вспоминает Дмитрушкова. – Цена за услуги выходила примерно такая же, как и у нас в России. В Китае платят дороже – почти два миллиона рублей в долларах, но я отказалась.

Почему наши звезды летят за суррогатными мамами в США

С этим вопросом мы обратились к юристу Константину СВИТНЕВУ, эксперту в области суррогатного материнства, и вот что выяснили:

– В США самое высокое качество медицинских услуг. Если случай сложный с точки зрения медицины, лучше, чем там, нигде не помогут. 

– Ребенок, рожденный на территории Штатов, автоматически получает американское гражданство.

Правда, по словам эксперта, в последнее время наметилась другая тенденция: наши знаменитости выбирают элитные российские клиники: качество там не хуже, а цены значительно ниже.

Кому ребенка принес не аист?

Майкл Джексон. В 2002 году стал отцом в третий раз и первый раз с помощью сурмамы.

Сара Джессика Паркер. В 2009 году актриса стала мамой во второй раз благодаря технологиям.

Алёна Апина. В 2001 году суррогатная мать родила ей дочь Ксюшу.

Алла Пугачева и Максим Галкин. В 2013 году у них родились дочь Лиза и сын Гарри. 64-летняя Алла Борисовна сама родить, естественно, не могла.

Филипп Киркоров. В 2011 году он стал папой Аллы-Виктории, а в 2012 году – Мартина. Детей Филиппу рожали сурмамы в США. Их имена певец держит в секрете.

Источник: https://sobesednik.ru/shou-biznes/20180220-kak-zvezdy-vybirayut-detej-iz-probirki

Бизнес в пробирках

Бизнес из пробирки

© Depositphotos.com/alexraths

Рынок частных медицинских лабораторий в Казахстане на сегодняшний день представлен несколькими крупными частными игроками и лабораториями при государственных поликлиниках и больницах.

В настоящее время доля частных лабораторий составляет около 30 % всего рынка, остальные 70 % принадлежат государству.

За последние три-четыре года благодаря проводимой государством либерализации рынка медицинских услуг и увеличению инвестиционной привлекательности медицинских компаний рынок частников отвоевал у государства 10 %.

Как отмечают представители фонда прямых инвестиций ADM Capital, трудно оценить реальные объемы рынка медицинских лабораторий в Казахстане.

По словам Адиля Осжигита, управляющего директора ADM Capital, в 2011 году, на момент инвестирования фондом в частную медицинскую лабораторию Invivo (входит в холдинг Labnet Group), для оценки рынка ими были привлечены западные консалтинговые компании Leo-Impact Consulting и Sanigest Internacional. Так, международные эксперты пришли к выводу, что среднегодовой рост рынка лабораторных исследований в Казахстане в 2013–2019 годах составит около 3 % (объем рынка услуг в сфере медицинских лабораторий в стране в 2012 году равнялся около $200 млн). Таким образом, по пессимистичным прогнозам, его объем в 2019 году достигнет около $250 млн. Исходя из оптимистических ожиданий экспертов, объемы рынка в 2019 году могут достичь $500 млн.

На данный момент растет спрос населения на все виды лабораторных исследований, которые затруднительно провести в ряде государственных поликлиник.

Как отмечают игроки, залогом привлекательности рынка для инвестиций является постоянное наличие клиентов, несмотря на то что в среднем маржинальность лабораторного бизнеса cоставляет около 10–12 %.

По словам Осжигита, независимость от одного крупного клиента и постоянный поток пациентов способствуют тому, что в условиях ухудшения внешней среды у частных лабораторий не бывает больших кассовых разрывов, то есть они более стрессоустойчивые, чего не скажешь о других казахстанских компаниях в секторе МСБ.

Крупные игроки

Сегодня лидирующие позиции по количеству пациентов и продажам сохраняют казахстанские лаборатории Invivo и КДЛ «ОЛИМП» (по приблизительным данным, занимая около 30 и 20 % рынка соответственно).

Обе сети представлены во всех регионах Казахстана, имеют сертификаты государственного образца и международную аккредитацию, благодаря которой исследования, проведенные в данных лабораториях, будут признаны во всем мире.

КДЛ «ОЛИМП» имеет 17 полноценных лабораторий в каждом городе Казахстана.

«У нас есть пункты приема в сельской местности, чтобы быть максимально близко к потребителю, поскольку существуют такие исследования, при которых невозможно транспортировать материал», – рассказал Ерлан Сулейменов, генеральный директор КДЛ «ОЛИМП».

Ежедневно лаборатории принимают 7,5 тыс. пациентов, за 2015 год выполнили 6,5 млн тестов, что позволило вырасти показателям компании на 30–33 % за год. В планах у КДЛ «ОЛИМП» вый­ти на российский рынок, в частности в Омск и Челябинск.

О показателях Invivo по итогам 2015 года рассказал генеральный директор сети Нурбек Тойчубаев: «У Invivo самая большая сеть пунктов приема по Казахстану, насчитывающая порядка 150 точек.

В среднем одна точка принимает 50–70 человек в день. В 2015 году оборот компании составил 4 млрд тенге, динамика роста за последние несколько лет – 30–40 %.

В этом году в связи со сложившейся экономической ситуацией мы планируем вырасти на 20–30 %».

В 2011 году ADM Capital вложил около $19,5 млн в компании Labnet Group и VDP Holding, предоставляющие медицинские услуги в Казахстане

Ранее медицинская компания «Сункар» делила с лабораторией Invivo первое место по количеству пациентов (благодаря генерации потока от ее основной деятельности как сети частных поликлиник), но по уровню продаж она была на третьем месте, так как для медицинской компании «Сункар» лабораторные услуги являются второстепенными. По словам Натальи Чувилиной, представителя компании «Сункар», из-за того что за последние два года стоимость реагентов возросла в 1,5 раза, компания планирует переключиться на более доступные (российские), чтобы снизить себестоимость продуктов на 5–7 % и тем самым увеличить количество оказываемых услуг на 17 %.

В апреле 2014 года на рынке произошло серьезное изменение: казахстанская лаборатория GEM стала парт­нером крупной российской частной лаборатории Invitro, являющейся лидером на рынке частных лабораторий в России.

В целом, по свидетельству участников лабораторного бизнеса, одной из его ключевых особенностей является наукоемкость, что предполагает наличие инновационного оборудования, качественного расходного материала и высококвалифицированного докторского персонала с высокой степенью мотивации.

«Рынок находится в состоянии постоянного роста. Одна из причин в том, что государство оказывает поддержку развитию частного сектора через ГЧП, размещение государственных заказов, привлечение компаний в скрининговые программы», – отмечает Сулейменов.

Эту позицию поддерживает и руководитель Invivo. «С каждым годом законодательная часть, касающаяся медицины, становится понятнее и эффективнее.

К тому же с внедрением обязательного медицинского страхования возможности рынка увеличатся.

Могу с уверенностью сказать, что самые лучшие условия для ведения бизнеса существуют в Казахстане в сравнении с соседними Россией и Кыргызстаном», – говорит Тойчубаев.

Интересную точку зрения высказала Чувилина: «Потенциал у рынка большой. Но следует помнить, что успеха достигнет только тот, кто придет на этот рынок с эффективными технологиями».

© Depositphotos.com/ktsdesign

Экономический кризис, конечно, сказался на рынке, участники которого 30–40 % расходов несут в иностранной валюте. Поэтому компании, помимо оптимизации всех возможных расходов, делают упор на то, чтобы удержать свои позиции на рынке и не потерять прибыль, но не за счет увеличения цен, а посредством расширения продуктовой линейки.

«Мы ориентируемся на внедрение редких тестов и исследований, которые не проводятся в Казахстане. Сейчас мы проводим более 1000 тестов. К примеру, в России в среднем проводится 2,5–3 тыс. тестов, в Европе – 5 тыс., в Японии – более 8 тыс.

Количество проводимых в стране лабораторных исследований говорит о развитости медицины в целом», – поясняет Тойчубаев.

По словам представителей частных лабораторий, казахстанцам стал доступен новый вид исследования, который позволяет сделать несколько десятков аллерготестов с одной пробы, расширяются микробиологические исследования и число аутоиммунных, генетических тестов на определение предрасположенности человека к тем или иным заболеваниям.

Однако есть факторы, которые осложняют ведение дел. «Важную роль в нашем бизнесе играют врачи. К сожалению, они не всегда знают о том, какие тесты проводятся в Казахстане.

Кроме того, существуют проблемы с регистрацией оборудования и реагентов, – рассказывает глава КДЛ «ОЛИМП». – В целом приходится отметить отставание казахстанского рынка. Так, в мире крупные лаборатории могут проводить до 15 тыс.

исследований. В Казахстане доступны лишь 2 тыс.».

Несмотря на это, по прогнозам аналитиков, в скором времени доля частных лабораторий увеличится до 50 %, в первую очередь за счет увеличения крупных и консолидации мелких игроков, прихода на рынок новых участников, а также передачи в частные руки некоторых государственных лабораторий вместе с поликлиниками в рамках ГЧП.

Но не стоит полагать, что открыть лабораторный бизнес легко. По оценкам уже действующих участников рынка, необходимо не меньше $1 млн, чтобы создать основу для качественной сети лабораторий. И дело не только в деньгах.

С каждым годом «цена входа» в этот бизнес будет расти, так как в сфере медицины важной составляющей является наличие безупречной репутации, которую невозможно получить за год-два работы. Кроме того, очень важную роль играет система контроля качества.

Ведь подбор правильного лечения на 70 % зависит от результатов анализов.

Источник: https://forbes.kz/woman/biznes_vprobirkah/

Франчайзинговый проект московской компании «Инвитро». Шаг за шагом. Деловой сериал. Практика

Как рождается проект? Какие удачные идеи определяют успех? Какие ошибки уводят в сторону? Интереснейшие вопросы! Вот почему, когда компания «Инвитро» пригласила нас на свою бизнес-кухню, изъявив готовность подробно рассказать о построении своей франчайзинговой сети, мы недолго думали, как к этому отнестись. Мы увидели в этом предложении возможность сделать документальный деловой сериал – подробный, конкретный, а значит, полезный для предпринимателей, собирающихся купить франшизу или развивать свою компанию по франчайзингу. «Смотрите» первую серию!

Пилотные проекты

Как прогнозируют руководители «Инвитро», на обкатку франчайзинговой программы уйдет еще около года.
Будет сформирована структура, способная обеспечить бесперебойную работу будущих франчайзи. Прогнозируется, что к концу тестового периода их станет не менее пяти, в том числе за пределами Москвы. Эти пять партнеров за второе полугодие этого года принесут компании порядка $350 тыс.

– А дальше мы намерены заняться тиражированием процедурных кабинетов под маркой «Инвитро», – заключает Александр Островский. – Во второй год работы планируем привлечь еще 15 франчайзи, и тогда в 2006 году франчайзинговый проект обеспечит нам выручку в $2 млн.

Источник: https://www.invitro.ru/about/publicity/648/351/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.